В 1865 г. в селе Новое Усолье была освящена церковь Успения Божьей Матери – кладбищенская. В церковной Ведомости за 1866 г. сообщалось, что «церковь сия, заложенная в 1861 г. 26 сентября, построена на счёт Собора (Усольский Спасо-Преображенский собор) и частью усердием господ владельцев в 1865 г. и в том же году 4 декабря освящена Соликамского монастыря архимандритом Иннокентием по благословенной грамоте преосвященного Неофита, архиепископа Пермского и Верхотурского, данной от 13 сентября 1865 г.» Строительству и освящению этого духовного предприятия предшествовала продолжительная и довольно скандальная история, длившаяся почти десять лет.
В 1842 г. все владельцы Усольско-Лёнвинских соляных промыслов, по настоятельной просьбе жителей Усолья, решили построить в селе каменную церковь. В следующем, 1843 г., согласно урочного положения, архитекторским учеником господ наследников графа Г.А. Строганова Трефилом Тудвасевым были составлены проект и смета, выразившееся в значительную сумму – 9189 руб. 22 коп. серебром. Однако приступить к осуществлению проекта тогда не удалось. Опустошительный пожар, случившийся в Усолье в мае 1842 г., повредил огромное количество промысловых заведений /44 варницы/, дома местных обывателей и конторских служащих /424 каменных и деревянных домов/, церковные и торговые лавки, Соборную церковь. Общий ущерб составил 1762102 руб. 77 коп. В этих условиях возведение нового храма было просто немыслимо.
Вновь вопрос о строительстве храма возник в 1857 г. Священнослужители Новоусольского Спасо-Преображенского собора протоиерей Никифор Гиляров и священник Григорий Остроумов напоминают владельцам промыслов о желании усольчан иметь новый храм. Но — увы, времена изменились. В воздухе веет проект об уничтожении крепостной зависимости и владельцы промыслов отказываются от своих обещаний. Граф Сергей Григорьевич Строганов предложил установить деревянную часовню, для чего перечислить от 2-х до 3 тыс. рублей серебром из суммы владельцев по числу имеющихся у них душ. Это, конечно, никого не устраивало. Начинается долгая переписка между служителями Спасо-Преображенского собора, архимандритом Пермским и Верхотурским и четырьмя соляными магнатами. В конце-концов, к осени 1860 г. была достигнута обоюдная договорённость о долевом участии в строительстве храма: владельцы промыслов, в «зависимости по участию в выварке соли» давали 3000 рублей серебром, прихожане — «на основании общественного приговора, добровольно или жертвенно»- 3000 рублей, остальные – из церковных доходов.
Строительство началось осенью того же года под непосредственным наблюдением протоирея Гилярова и архитектора Тудвасева. Уже к началу зимы 1860 г. были готовы фундаменты, а в течение 1861-1862 гг. выведены стены церкви, алтарь и колокольня. Долгое время не могли найти человека, ответственного за строительство от лица общественности – ктитора. Имея в виду, что «почётным строителем должен быть человек из доверенных господ владельцев, имеющий сильный голос и пользовавшийся полным доверием управлений и всего общества», священники Спасо-Преображенского собора обратились к управляющим И.В. Глушкову, А.И. Ермакову и А.К. Агееву. Получив от них вежливый отказ, обоснованный занятостью, возмущённые церковнослужители угрожают жалобой в Епархию. Наконец, управляющий княгини Варвары Петровны Бутеро – Дмитрий Васильевич Тюшев согласился заняться богоугодным делом и возглавил комиссию по сооружению церкви. Теперь начались распри внутри самой комиссии. В 1862 г. священник Усольского собора Г. Остроумов строчит жалобы епархиальному начальству на недостаточную активность её работы и единоначалие протоирея Гилярова. В вину ему ставились договоры с необязательными поставщиками строительных материалов, которые, получив вперёд деньги, недопоставили на стройку известь и кирпич / крестьяне Бояндин, Суханов, Милютин/. Поистине долговременная война разразилась у комиссии с волостным правлением, которое, ссылаясь на добровольность внесения вкладов прихожанами, отказывалось от своей доли в 3000 рублей. В 1864 г. члены комиссии очередной раз напоминают правлению: «…Общество, составляя приговор знало, что церковь предполагается строить каменную, на общий счёт Владельцев, общества и Собора. Приговор подписан многими такими лицами, кои ныне состоят во главе общества. Уклоняться от выполнения составленного приговора нельзя. Назначен срок сбору пожертвования – три года. Закладка церкви происходила по предварительном извещении общества, открыто, торжественно, при крестном ходе и многочисленном стечении народа. Общество ничего не говорило, следовательно, было на всё согласно. По освящении избранной местности, храм начал созидаться… Общество выразило сочувствие и частными вкладами и пособиями при строительстве (ношение кирпича, подвозка воды и пр.). Только ныне, когда прошло три года, и когда пришёл окончательный срок взноса пожертвований, общество вздумало отказываться от него и даже извращать самый приговор…»
Несмотря ни на что строительство кладбищенской церкви продолжалось. Владельцы соляных промыслов вносили свой взнос деньгами (2417 рублей 24 коп) и материалами (железо, кирпич, бутовый камень, известь) по более низкой цене, чем для продажи, организовывая бесплатный подвоз. Управление князей Лазаревых свой кирпич – 34 тыс. штук подарило. На счёт стройки поступали и частные пожертвования. Так, по завещанию управляющего Усольскими промыслами Голициных А.И. Ермакова, 300 рублей серебром, оставшиеся после его смерти, были помещены в банк, проценты с которых употреблены на устройство иконостаса, написание икон и покупку подсвечников. Купец Брагин, по духовному завещанию бабки, передал 250 рублей. Посадский крестьянин Пётр Ивачёв пожертвовал 100 рублей.
Источниками доходов становились: налоги с торговцев за право торговать в церковных лавках, за содержание торговых весов на Усольском рынке, «кружечные» сборы и т.д. Немало пожертвований для создания внутреннего убранства церкви было сделано вещами. В числе тех, кто делал подношения, были жёны управляющих Костарева, Глушкова, купцов Колмогорова, Конева, Ширкалина, посадские жители – крестьяне и промысловые работники. В дар храму принесены: «два позолоченных креста – один купчихой Елизаветой Брагиной/ украшенный стразами, весом 1 фунт, 8 золотников/, другой бывшей временнообязанной графов Строгановых Пелагеей Шевыриной / весом 1 фунт, 6 золотников/, священные сосуды, как то потир и дискос, серебропозолоченные в 2 фунта весу от бывшей прихожанки, ныне в Москве проживающей, Пономарёвой, два колокола весом 2 пуда и 1пуд, фунта».
В июле 1864 г. строительство храма вступило в завершающую фазу. Через подрядчика — бывшего крепостного крестьянина графини Строгановой Алексея Симанова были установлены и позолочены: полотно иконостаса, царские двери, резные украшения. «27 икон для иконостаса (в царские, дьяческие и пономарские двери)…» написаны живописцем Александром Мельниковым. Вся стоимость иконостаса составила 1197 руб.42 коп. В сентябре 1865 года при скоплении большого количества прихожан церковь была торжественно освящена.
Но из-за постоянной нехватки денег, отказа внести свою долю Усольским волостным правлением, комиссия ещё долгое время после открытия храма не могла расплатиться со своими строителями. Так, например, случилось с архитектором Трефилом Тудвасевым. В 1867 г. в письме протоирею он пишет: «По устройству на Усольской кладбищенской Успенской каменной церкви, на которую я составлял план и фасад, находился за присмотром, указывал и установку кружал и все прочее, что следовало из загосподских занятий, за эти труды мои в апреле минувшего 1864г. членами комиссии отцом протопопом Н.Е. Гиляровым и Д.В. Тюшевым, назначено было мне выдать из Спасо-Преображенского собора 15 руб., в число которых и получил я в том году к Пасхе 10 руб. Остальные за тем 5 рублей остаются по настоящее время неполученными, тогда как церковь сия освятилась более уже года. Всепокорнейше и убедительнейше прошу Вас повелите приказать Собору удовлетворить меня 5 рублями и тем обяжите много семейного человека быть в подобных делах всегда слугою. При этом, считаю не излишне объяснить вам и то, что я для той Кладбищенской церкви делал смету и на постройку ограды с воротами, и на домик, и так же план и смету на построение торговых лавок без всякого возмездия, за что и не прошу. Эти лавки предполагались к построению на торговой площади, около того же Усольского собора… На сиё моё прошение или письмо буду ожидать от Вас милостивого удовлетворения…» Только после вмешательства благочинного причета П.Киселёва деньги Тудвасеву были выплачены.
В 1905г. у Усольской кладбищенской церкви была надстроена колокольня. В том же году её окружили деревянной оградой. После Октябрьской революции здание церкви использовалось не по назначению: склад, пимокатная мастерская, химический отдел горпромкомбината, а в 1960-62 гг. — разобрано на кирпич.
Варнакова О.Н.
«Княжеский род Голицыных в Усолье. Литературное краеведение. Коноваловские чтения.»
Выпуск 5,6. С. 39 – 44.